|  | 

Г

Биография Глеб Владимирович князь Муромский

(во св. крещении Давид) – святой, князь Муромский, сын св. Владимира, великого князя Киевского.
В начальной киевской летописи его мать называется “болгарыней” (по Якимовской же летописи – царевна Анна). Год рождения Г. точно не известен (около 984 г.). Перед своей смертью Владимир разделил русскую землю между сыновьями, и Глебу достался Муром. Летопись отметила Г. как доброго и смирного князя. Читая преимущественно творения св. отцов, Г. был истинным христианином.
Из деятельности Глеба в Муроме известны его заботы по распространению христианства.
В особенности же он, по примеру отца, заботился об убогих: лечил их, раздавал щедро милостыню.
После смерти Владимира один из сыновей его, Святополк, прозванный впоследствии “окаянным”, задумал погубить всех братьев своих. Преследуя эту цель, он прежде всего решил покончить с братьями от другой матери, Борисом и Глебом, пользовавшимися большой любовью в народе.
Покончив с Борисом, Святополк послал к Глебу в Муром сказать: “Отец твой очень болен и зовет тебя к себе, желая видеть – поспеши к нему и не бери с собою много слуг”. Тотчас же с небольшой дружиной Г. отправился в путь, торопясь застать отца в живых. Когда он пришел на Волгу к устью Тмы, то конь его споткнулся на поле во рве и намял ему немного ногу. Затем Г. пришел к Смоленску, оттуда поплыл на лодке и остановился в виду города на Смядыне.
В это время сестра его Предислава, жившая в Киеве, уведомила Ярослава Новгородского о смерти Владимира, убийстве Бориса и о дальнейших злых намерениях Святополка.
Получив эти известия, Ярослав немедленно отправил гонца к Глебу и велел передать ему: “Не ходи в Киев к Святополку, потому что наш отец уже умер, а Святополк уже убил Бориса и тебя хочет убить”. Посланный нагнал Г. в Смядыне.
Пораженный злодеянием Святополка и смертью отца, Г. горько заплакал и в нерешительности оставался на месте. В это время подоспели и посланные Святополком убийцы во главе с Горясером.
Обнажив оружие, убийцы вошли в ладью Глеба, не дав слугам его придти в себя; Горясер приказал убить Глеба (по житиям святого, дружине Глеба было запрещено употреблять оружие для защиты, по летописям же, дружина “приуныла”). Повар – торчин, злобствовавший на своего господина, предупредил намерение убийцы, схватил сзади за голову Г. и вонзил ему нож в гортань.
Это произошло в понедельник 5 сентября 1015 г. Так изображается мученическая кончина Глеба в Лаврентьевской летописи под 1015 г. Что же касается других летописей (Воскресенская и Софийская 1-я), то там об этом событии рассказывается несколько иначе. Увидя приближающихся врагов, Глеб “возрадовался душою”, Горясер же омрачился и приказал грести к ладье Г., который, когда лодки сошлись и убийцы вскочили в его ладью, встретил их лобызанием.
Убийцами овладело смущение.
Сообразивши цель посланных, Г. начал умолять пощадить его жизнь и отвезти его прямо к брату – Святополку, если он в чем провинился пред ним. Но тщетны были его мольбы: “яко свирепые звери” напали убийцы на князя и зарезали его. Тело Г. было брошено недалеко от берега, в пустом месте, между двух колод, и прикрыто несколькими ветвями дерев. Долго пролежало здесь оно, пока рыбаки, а по другой версии охотники, не наткнулись на него и не сказали об этом жителям Смоленска, которые перенесли его в церковь.
По толкованиям некоторых историков (между прочим, Голубинского в “Истории канонизации святых”), тело князя было не брошено в буквальном смысле, а похоронено без подобающих князю и христианину обрядов.
Ярослав Новгородский позаботился о разыскании останков Бориса и Глеба. Тело первого было найдено в Вышгороде, а о Глебе известно было, что он находится недалеко от Смоленска, где же именно – этого не знали приближенные Ярослава.
Немного спустя сами жители Смоленска известили Ярослава, где находилось тело Г., и рассказали о чудесах от его мощей. Посланные священники и дьяконы торжественно перевезли тело Глеба по Днепру в Киев, где и были встречены Ярославом, митрополитом Георгием, духовенством и народом.
Затем гроб Г. был перенесен в Вышгород, в церковь св. Василия, и положен в каменную раку, рядом с Борисом (1019 г.). Через некоторое время церковь эта сгорела, и Ярослав над гробами своих братьев построил новую. При его сыне Изяславе эта церковь пришла в ветхость, и великий князь построил новую во имя св. Бориса и Глеба и торжественно перенес туда мощи их. Это произошло 2 мая 1072 г., и с тех пор установлен праздник перенесения мощей св. Бориса и Глеба. Вторичное или, вернее говоря, третье перенесение мощей св. князей было при Владимире Мономахе, который положил их в серебряную раку и 2 мая 1115 г. перенес в новый храм. Наконец, в 1191 г. ветхие раки их были перенесены в г. Смоленск в монастырь на Смядыне.
До сих пор, неподалеку от Смядынского колодца, возле которого, как предполагают, произошло убийство, находятся развалины существовавшего монастыря, основанного, очевидно, в память этого события.
Мощи св. Глеба были утрачены во время нашествия Батыя, когда Вышгород был разорен, но по предположению С. И. Писарева они почивают под спудом в Смоленске.
Память Бориса и Глеба празднуется православной Церковью 24 июля и 10 декабря, и отдельно Глеба 5 сентября, а, кроме того, 20 мая празднуется первое перенесение мощей, 2 мая – перенесение мощей в 1072 г. и 11 августа перенесение рак из Вышгорода в Смоленск в 1191 г. Святость Глеба долго не хотели признавать в Константинополе, даже митрополит киевский Георгий (родом грек) убедился в святости Глеба только тогда, когда новая церковь, куда перенесли мощи, при Изяславе, по открытии раки, по словам летописца, наполнилась благоуханием.
Вопрос о святости Глеба в Константинополе был решен в положительном смысле в конце XII столетия, так как в 1200 г. встречаются упоминания об образе св. Бориса и Глеба в Константинопольском Софийском соборе.
В древней Руси св. Борис и Глеб были очень популярными святыми.
Все летописи полны рассказов о разных чудесах, от мощей св. князей.
На это указывает и масса церквей, разбросанных по всей Руси, имени Бориса и Глеба. К древнейшим из них относится вышгородская церковь на Альте и туровская.
По “Иконописному подлиннику” Глеб изображается “подобием млад, лицом бел, власы с ушей кратки малы, очень кудреваты”. Жития Бориса и Глеба быстро распространялись по всему славянскому миру и, судя по множеству списков, дошедших до нашего времени, были любимым чтением наших предков.
Сказание об убиении Бориса и Глеба помещено в летописи в повести временных лет под 6523 г.; оно известно в 2 редакциях: краткой (Лаврентьевский и Радзивилловский списки) и пространной (Ипатский и Хлебниковский списки).
Кроме того дошли до нас два подробных жития св. Бориса и Глеба: “Чтение о житии, и о погублении, и о чюдесех святую и блаженную страстотерпцю Бориса и Глеба” летописца Нестора и “Сказание, и страсть, и похвала святую мученику Бориса и Глеба”, приписываемое мниху Иакову.
Сочинение Нестора почти не имеет сходства с летописной редакцией сказания о св. Борисе и Глебе в известных теперь сводах.
Оно написано в условно-риторическом стиле византийских агиографических памятников, но тем не менее является важнейшим источником для биографии св. князей, будучи написано, по определению академика A. A. Шахматова, в 80-х годах XI в., через 60-70 лет после кончины братьев, когда еще сохранялись в памяти рассказы современников события.
Это житие сохранилось в сравнительно небольшом количестве списков (по подсчету Н. К. Никольского – 25). В особой редакции, с дополнениями из “Сказания”, и с измененным заголовком оно попало в Великие Четии-Минеи. В гораздо большем числе списков (их насчитывают до 150) дошло до нас второе житие, или так называемое житийное сказание, являющееся одним из самых распространенных памятников древней русской агиографии.
Большинство прежних исследователей считало житийное сказание оригинальным памятником, написанным монахом Иаковом, и более древним, чем Несторово житие; оно послужило, по их мнению, источником для летописного рассказа о Борисе и Глебе. Некоторые новейшие исследователи пришли к совершенно противоположным выводам.
А. И. Соболевский и Н. К. Никольский пошатнули гипотезу об авторстве Иакова, а А. А. Шахматов высказал мнение, что сказание имеет своими источниками летопись (начальный свод) и Несторово житие и написано только в начале XII в. Житийное сказание дошло до нас в нескольких редакциях (до 9). Как “Чтение”, так и “Сказание” были несколько раз изданы по разным спискам (преосв.
Макарием, Бодянским, Срезневским, Серебрянским и др.). Существуют еще проложные жития св. Бориса и Глеба в двух редакциях: древнейшей (до 1115 г.), южно-русской, и более поздней (не старше второй половины XV в.), северно-pycской. Житие Бориса и Глеба не только было распространено среди южных славян, но даже попало очень рано в армянские Четии-Минеи. Новейшее издание житий св. князей: “Жития св. мучеников Бориса и Глеба и службы им. Приготовил к печати Д. И. Aбрамович.
Изд. отдел. рус. яз. и слов. Имп. Академии Наук. П. 1916 г.” (Памятники древнерус. литературы, вып. 2). “Полн. собрание рус. летописей”, т. I, II, III, V, VII. – Карамзин, “История государства Российского”, т. I-V. – Соловьев, “История России”, т. I. – Преосв.
Макарий, “История русской церкви”, т. III. – Голубинский, “История русской церкви”, І, 429-434, и “История канонизации святых”, 44, 225. – Эристов, “Словарь историч. о святых”. СПб., 1862 г., стр. 67-68. – “Православная Богословская Энциклопедия”, т. II, ч. 1, стр. 964-968 (“Борис и Глеб”, ст. А. Пономарева). – Брокгауз-Ефрон, “Энциклопед.
Словарь”, XVI (ст. A. Э.). – “Большая Энциклопедия”, VII. – Филимонов, “Иконописный подлинник”, 334, 397, 398. – П. А. Гусев, “Новгородская икона св. Б. и Г. в деяниях” (“Вестник Археолог. инст.”, т. X). – Д. И. Иловайский, “О церкви Б. и Г. в Царьграде” (“Труды Моск. Археолог.
Общ., т. VІ, в. 2, “Собр. сочинений”, т. IІ). – С. П. Писарев, “Было ли перенесение мощей св. муч. Б. и Г. из Вышгорода в Смоленск на Смядынь”. Смоленск, 1897 г. – “Описание рукописей Румянц. музея”, № 319. – “Рукописи Св.-Тр. Серг. Лавры”, II, 133, 193, 211, 326. – Горский и Новоструев, “Описание слав. рукопис.
Моск. синод. библиотеки”, № 380. – Горский, Казанский и Сахаров, “О рукописях, содержащих в себе жития св. Бориса и Глеба” (“Записки отдел. рус. и слав. археологии Рус. Археолог. общ.”, 1851 г., т. I). – “Чтение о житии и о погублении и о чюдесех святую и блаженную страстотерпцю Б. и Г., творение преп. Нестора, по харатейному списку Моск. синод. библ., с разнословиями по некоторым другим и с предисловием О. M. Бодянского” (“Чтения Общ. Ист. и Древн. Росс.” 1859 г., кн. І). – Срезневский, “Сказания о св. Б. и Г., по 1-му (Сильвестровскому) списку, изданные по поручению и на иждивение Имп. Археолог.
Общества”. СПб., 1860 г. – Билярский, “Замечания о языке сказания о Б. и Г., приписываемого Нестору, сравнительно с языком летописи” (“Записки Акад. Наук”, т. II, кн. 2). – “Житие св. мучеников Б. и Г.” с предисловием О. М. Бодянского, І. “Сказание, и страсть, и похвала святую мученику Б. и Г., такожде же сказание чюдес святую страстотерпцю Христову по харатейному списку Московского Большого Успенского Собора XII века. II. Сказание страсти и похвала святую мученику Б. и Г., по харатейному списку Московского Чудова монастыря XIV в.” (“Чтения Общ. Ист. и Древн. Росс.” 1870 г., кн. І). – “Сказание о Давиде и Романе.
Армянские Четии-Минеи 8 июля” (“Рус. Архив” 1877 г., кн. І, 273-286). – П. В. Голубовский, “Служба св. мученикам Б. и Г. в Иваничской Минее 1547-79 г.” (“Чтения в Историч.
Обществе Нестора Летописца” 1900 г., кн. XIV, вып. III, стр. 125-164). – Н. К. Никольский, “Материалы для истории древнерусской письменности.
Проложное сказание об освящении церкви св. Б. и Г. и перенесении их гробов из Вышгорода на Смедыну” (“Известия отд. рус. яз. и слов. Акад. Наук”, т. VIII, кн. 1, 1903 г.). – Н. П. Лихачев, “Лицевое житие св. благоверн. кн. рус. Б. и Г. по рукописи XV ст.”, СПб. 1907 г. – Барсуков, “Источники русской агиографии”, СПб., 1882 г., стр. 70-77. – Строев, “Библиолог. словарь”, СПб., 1882 г., приложение к т. 41 “Записок Академии Наук” (см. по указателю). – Н. К. Никольский, “Материалы для повременного списка рус. писателей X-XI вв.”, СПб., 1906 г., стр. 253-289, 398-402 (здесь помещен обширный указатель рукописного материала). – Иконников, “Опыт русской историографии”, т. II (см. по указателю). – Шахматов, “Разыскания о древнейших русских летописных сводах”, СПб., 1908 г., стр. 29-97 (Сказания о Б. и Г.). – В. Н. Перетц, “Отчет об экскурсии семинария рус. филологии в СПб.”, Киев, 1912 г. (“Университетские известия” № 8), стр. 9-11, 75-77 (труд С. А. Бугославского по определению редакций “Сказания”). – H. Серебрянский, “Древнерусские княжеские жития (Обзор редакций и тексты)”, стр. 17-23, 81-107; Тексты, стр. 27-47 (“Чтения Общ. Ист. и Древн. Росс.” 1915 г., кн. 3). А. Ельницкий. {Половцов} Глеб Владимирович, князь муромский – во св. крещении Давид, князь муромский, сын Владимира св. от “болгарыни” (по Якимовской летописи – от греческой царевны Анны), причтенный к лику св. мучеников; род. около 984 г. В 1016 г. Святополк, заняв Киев, хотел убийством сыновей Владимира (сам он должен считаться сыном Ярополка) устранить соперников по обладанию княжеством.
Убив Бориса, он звал в Киев Глеба, к опасно, будто бы, заболевшему отцу. Когда Г. остановился в виду Смоленска, он получил от брата Ярослава известие о смерти отца, о занятии Киева Святополком, об убиении им Бориса и о намерении убить и его, Глеба; при этом Ярослав советовал ему не ездить в Киев. Когда юный князь со слезами молился об отце и брате, явились посланные к нему Святополком и обнаружили явное намерение убить его. Сопровождавшие его отроки, по известиям летописей, приуныли, а по житиям св. князя им запрещено было употреблять в защиту его оружие.
Горясер, стоявший во главе посланных Святополком, приказал зарезать князя его же повару, родом торчину.
В 1019 г., по занятии Киева Ярославом Владимировичем, заботами этого князя тело Г. было отыскано, привезено в Вышгород и погребено, вместе с телом Бориса, в церкви св. Василия.
В 1072 г. в честь святых князей установлено празднество.
Борис и Глеб в древней Руси были самыми популярными святыми, чтимыми всем народом: об этом свидетельствует, между прочим, множество до сих пор уцелевших древних церквей в разных концах России, поставленных в память этих св. князей.
Память св. князей празднуется 24 июля (ср. т. IV, стр. 411). Мощи их утрачены во время Батыева нашествия на Киев в 1240 г. См. “Полн. собр. росс. летоп.” (34, 52, 58-61, 78, 127; II, 6, 7, 250, 259, 262, 273, 290, 291; III, 2, 4, 208, 209; IV, 1; V, 2, 12, 120, 128-131, 133, 134, 146, 147, 155; VII, 24, 231, 294, 313, 321-325, 327, 340, 341; IX, год 1180); “Вел. Минеи”, изд. арх. комм., сент. 5 (убиение Глеба); “Сказание и страсть и похвала святоую моученикоу Бориса и Глеба” [Сохранена орфография издания Энц. Словаря Брокгауза и Ефрона 1893 г. – редакция] (по Харат. сп. XII и XIV ст. изд. И. О. Ист. и др., М., 1870); Срезневский, “Сказ. о св. Б. и Г.” (СПб., 1860); Савваитов, “Путеш. новг. архиеп.
Антония в Царьград в 1200 г.”, 79, 159; рукоп. литер. см. в “Агиографии” Барсукова.
А. Э. {Брокгауз}


элян эдуард ваганович

Биография Глеб Владимирович князь Муромский