|  | 

И

Биография Ильминский Николай Иванович

– ориенталист, сын священника, род. в 1821 году, в г. Пензе, умер 27 декабря 1891 г. Окончив курс Пензенской семинарии он поступил в Казанскую духовную академию, незадолго пред тем открытую, и зачислился на физико-математическое отделение; будучи уже на старшем курсе принялся за изучение языков арабского и татарского, которые вызвался преподавать, для миссионерских целей, А. К. Казембек.
Так как Ильминский занимался этими языками с увлечением и обнаружив в них выдающиеся успехи, то по окончании курса в 1846 г. был оставлен при академии бакалавром восточных языков с поручением преподавать разные другие предметы, вследствие того, что его главная специальность тогда не вошла еще в штат. Он последовательно читал математику, естественные науки (ботанику), историю философии и еврейский язык. Чтобы усовершенствоваться в татарском языке, Ильминский стал посещать медресе, даже поселился среди татар, которых скоро расположил в свою пользу и сам привязался к ним, а через них и к прочим инородцам тюркского племени.
Вокруг них и сосредоточились главные жизненные интересы Ильминского, ученые и общественные.
Случайным образом на первых же порах службы Ильминского наметились и те задачи, которым он впоследствии посвятил все свои силы. Вследствие значительного отпадения от православия крещеных татар, возникла (в 1847 г.) мысль ввести у них богослужение на их родном языке, для чего нужно было перевести церковные книги на татарский язык. Составился переводческий комитет, куда был приглашен и Ильминский.
Два лета (1848 и 1849 гг.) Ильминский совершал объезд татарских селений в Казанской губернии, чтобы собрать сведения о религиозном положении крещеных татар. Дело перевода подвигалось довольно медленно, Ильминский считал себя мало к нему подготовленным и не сразу попал на настоящий путь. Он заявлял, что народный татарский язык, бедный выражениями религиозных понятий, непригоден для перевода богослужебных книг, равно как непригоден и книжный, наполненный арабскими и персидскими словами; по мнению Ильминского следовало выработать для переводов особый, специальный язык. В 1850 г. Ильминский получил годичную командировку в Петербург, куда была перенесена деятельность переводческого комитета, по случаю пребывания там казанского преосвященного Григория.
В это время возник вопрос об учреждении в Казанской академии миссионерских отделений против иноверцев и язычников.
Для мусульманских языков имели в виду Ильминского, которому преосвященный Григорий исходатайствовал командировку на Восток на два с половиною года. В обширной инструкции, данной Ильминскому, главное место было отведено изучению мусульманской религии, причем предписывалось обратить особенное внимание на слабые стороны мусульманства и тем вернее изыскать способы обращения мусульман в христианство.
В Каире, куда Ильминский прибыл в ноябре 1851 г., он усердно изучал богословскую литературу мусульман под руководством разных шейхов, затем совершил путешествие вверх по Нилу, был в Нижней Нубии, а в начале 1853 г. отправился через Синайскую пустыню в Палестину и Сирию, был в Бейруте, Дамаске, Смирне; в 1854 г. вернулся в Петербург.
В этом году и было открыто миссионерское отделение в Казанской духовной академии.
Обращение в христианство мусульман, по свойству их религии, имеющей крепкую внутреннюю силу и враждебно настроенной к христианству, дело очень трудное, и чем более принимается мер к этому обращению, тем хуже оно идет, вызывая реакцию и тупой фанатизм.
По этому приходится прийти к заключению, что самое лучшее оставить мусульманство в покое. Казанский край, как раз, подтверждает такое положение.
Ильминский, этот наивнейший идеалист, увлекавшийся всякими вопросами об инородцах, трезво смотрел на миссионерские задачи, выработав взгляд на дело собственным опытом.
Он с одной стороны доказывал, как опасно вести полемику с мусульманством, с другой – говорил, что надо действовать на массы, так как отдельные личности значат очень мало, а действовать на массы можно лишь распространяя среди мусульман просвещение и знакомя их с христианской цивилизацией.
Но даже и Ильминский не решился на такую деятельность: он ограничился попечением только о крещеных татарах, которые между тем продолжали отпадать по-прежнему.
Средство к удержанию их в православии указаны Ильминским, это: просвещение, школы и перевод священных книг на язык народный, с применением для этого русского алфавита.
Таким образом, Ильминский изменил прежний взгляд на значение народного татарского языка. Но перейти тогда же от слов к делу ему не пришлось, так как взгляд его не встретил сочувствия у ближайшего начальства: преосвященный Афанасий приписывал Ильминскому какое-то увлечение исламом и даже пропаганду его, и ректор Академии о. Иоанн в 1858 г. перевел Ильминского на математику.
Тогда Ильминский вышел из Академии и определился на службу в Оренбургскую пограничную комиссию, начальником которой в то время был ориенталист В. В. Григорьев, к которому Ильминский, недовольный своим положением к Академии, просился уже и раньше.
За этот период Ильминский напечатал несколько трудов: в 1848 г. – он написал рецензию на монгольскую грамматику Бобровникова, – рецензия эта появилась с дополнениями другого лица в С.-Петербургских Ведомостях, за подписью M. T.; в Записках Археологического Общества за 1851 г. он напечатал “Татарские надписи из времен казанского царства в Лаишевском уезде”; в Ученых Записках Академии Наук по І и III отд., т. II, 1854 г. – “Выписки из Ибн-эль-Атира о первом нашествии Татар на кавказские и черноморские страны, с 1220 по 1224 г.”; в 1855 г. он напечатал арабский текст. “Китаб Биркили” – изложение основных понятий мусульманского вероучения; в 1856 г. написал заметку о тамгах и ункунах, помещенную в Трудах восточного отделения Археологического Общества, ч. III. В следующем году появилось капитальное издание: “Baber-nameh, djagataice ad fidem codicis Petropolitani, edidit N. Ilminski. Cazani MDCCCLVII”. Этою работою Ильминский думал положить начало изданию старинных тюркских текстов: за “Бабер-намэ” должно было последовать “Кысаси-Рабгузи”, сочинения Мир Али-шира, затем уйгурские тексты.
Ильминский говорил, что изучение тюркской филологии есть дело русских, но что она не разработана, факты не на виду, не собраны, поэтому обнародование древних текстов необходимо; такое обнародование явится основанием, к которому можно будет приурочить ныне существующие диалекты.
Другие работы, однако, помешали Ильминскому выполнить этот план. Перейдя на службу в Оренбург, Ильминский на первое время получал разные командировки в степь, давшие ему возможность изучить язык киргизов и туркмен; в 1859 г. был назначен чиновником для контроля в степи. Результатом пребывания Ильминского в Оренбургском крае явились следующие статьи: “Древний обычай распределения кусков мяса у киргизов” (Известия Археологического Общества, II); “О переходе татарского зял в иот в наречиях татарских” (Бюллетени Академии Наук); “История пророков Рабгузи”, 1859 г.; “О туркменском языке” (Бюллетени Академии Наук, 1860); “Ир-Таргын” (киргизская повесть, записанная со слов певца Марабая), Казань, 1861; в “Ученых записках Казанского университета” он начал печатать “Материалы для изучения киргизского наречия” (1860, кн. III – IV; 1861, кн. I). В это время Казанский университет исходатайствовал введение в нем некоторых кафедр восточных языков.
Кафедру арабско-турецкую занял Ильминский, который в начале 1862 г. и открыл преподавание турецко-татарского языка (в III-й книжке “Ученых Записок” университета за 1861 г. напечатана его вступительная лекция).
Там же он напечатал: “Учащательная форма татарского глагола”, “Материалы для джагатайского спряжения” (1863, І и II), “Воспоминания об А. А. Бобровникове” (1865, I); в “Православном Обозрении” за 1865 г. он поместил некролог Бобровникова и извлечение из отчета о его поездке в калмыцкие степи в 1846 г.; в “Известиях Археологического Общества”, т. V – статью “О фонетических отношениях между чувашским и тюркским языками”; в “Справочном Листке г. Казани” за 1867 г., № 91, “Любопытное надгробие на памятнике?. ?. Полянского”; в “Ученых Записках” Университета за 1871, кн. VІ, “Письмо пекинского муллы”. Вернувшись к педагогической деятельности, Ильминский с увлечением занялся разработкой излюбленных вопросов об образовании инородцев и об укреплении их в христианской вере. Ученые же иcследования, которые, при его глубоких филологических познаниях, могли бы прославить его в ученом мире, отошли у него на задний план и вскоре вовсе прекратились.
Свои взгляды и заветные желания он развивал в следующих статьях: “Об образовании инородцев посредством книг, переведенных на их родной язык” (Правосл.
Обозр., 1863, Ш; сборник “Казанская крещено-татарская школа”, Казань, 1887); “Школа для первоначального обучения крещеных татар в Казани” (Прав. Обозр., 1864, XII); “Еще о школе детей крещеных татар” (Там же, 1865, II, V, XI); “Религиозное состояние крещеных татар” (Там же, 1865, IX); “О количестве печатаемых в Казани магометанских книг и о школе детей крещеных татар” (Там же, 1866, II); “Школа для первоначального обучения крещеных татар” (Журн. Мин. Нар. Пр. 1867, июнь, отдел современной летописи); “Православное богослужение на татарском языке в казанской школе для детей крещеных татар” (Прав. Обозр., 1869, X; “Казанская крещено-татар. школа”); “О переводе христианских книг на татарский язык при христианско-татарской школе в Казани” (Журн. Мин. Нар. Пр., 1870,ч. СLII, соврем. летоп.); “Письмо по поводу отчета иеромонаха Мелетия об Алтайской миссии” (Прав. Обозр., 1870, XI); “Практические замечания о переводах и сочинениях на инородческих языках” (Там же, 1871, І); Ильминскому же принадлежит татарский букварь, изданный им, для облегчения цензурных условий, от имени своего ученика Я. И. Фортунатова.
В 1863 г. Казанская духовная академия опять пригласила Ильминского на кафедру арабского и татарского языков; вследствие разногласий с академическим начальством он принужден был оставить Академию в 1864 г., но через год снова определен туда распоряжением высшего начальства.
Со введением в 1870 г. нового академического устава, Ильминский окончательно вышел из Академии, а в 1872 г. оставил и Университет, получив должность директора только что открытой учительской семинарии, имевшей целью “прочное сближение инородцев с коренным русским населением путем просвещения”. Этим учреждением осуществлялась на деле заветная мечта Ильминского и он весь отдался семинарии.
Не изменил он ей и тогда, когда Академия Наук желала избрать его в свою среду; наука безусловно проиграла от этого отказа, а что выиграли инородцы – покажет будущее.
Во всяком случае для Ильминского инородцы стояли на первом месте и он постоянно носился с различными планами в их пользу.
То он составлял проект гимназии для татар, то думал издавать газету для них, предлагал меры к развитию у инородцев мусульман вкуса к светским наукам и русскому языку, то составлял предположения о школах в степи, то ратовал за допущение киргизов в университеты без гимназического образования и т. д. и т. д. Но из-за мечтаний Ильминский не упускал и действительности, как это доказывает его теплое участие в судьбе крещено-татарской школы, им же учрежденной в 1864 году и сделавшейся впоследствии рассадником школ по всем уездам Казанской губернии.
За этот последний период, кроме переводов церковно-богослужебных книг на татарский язык, что составляло для Ильминского главное занятие, он напечатал следующие статьи: “Новые учебные руководства для татар магометан.
Грамматика русского языка для татар восточной России, Радлова” (Журн. Мин. Нар. Пр., 1873, июнь); “О переводе православных христианских книг на инородческие языки, практические замечания”, 1875; “Предварительное сообщение о турецком переводе “Изложения веры” патриарха Геннадия Схолария”, (1879); “Размышление о сравнительном достоинстве в отношении языка разновременных редакций церковно-славянского перевода Псалтири и Евангелия”, (1882; 2-е изд. 1886); “Из переписки по вопросу о применении русского алфавита к инородческим языкам”,(1883); “О церковном богослужении на инородческих языках”, (Прав. Собес., 1883, І, и отд. оттиск); “Опыты переложения христианских вероучительных книг на татарский и другие инородческие языки в начале текущего столетия”, (Прав. Собес., 1883, приложения, и отдельно); “К истории инородческих переводов”, (Там же, 1884, кн. I); “История молебного пения при начатии учения отроков”, (и дополнительная заметка, там же, кн. III); “Переписка о трех школах Уфимской губернии, – к характеристике инородческих миссионерских школ”, (1885); “Обучение церковно-славянской грамоте в начальных народных училищах с объяснительными замечаниями для учителей”, (1885; 2-е изд. 1887); “Из переписки об удостоении инородцев священнослужительских должностей”, (1885); “Казанская крещено-татарская школа”, (1887); “Беседы о народной школе”, (Прав. Собес., 1888, II; и отд. оттиск; 2-е изд. СПб. 1889); “Материалы для сравнительного изучения церковно-славянских форм и оборотов, извлеченные из Евангелия и Псалтири”, (Прав. Собес., 1888, прилож.); “Св. Евангелие от Матфея.
Древнеславянский текст”, (1888); “Церковно-славянская азбука для церковно-приходских школ “(1889);” Обучение церковно-славянскойазбуке”, (“Церковно-приходская школа”, 1888, кн. І и II; отдельно – Киев, 1888); “По поводу статьи: Школы грамотности, Соколова”, (Там же, кн. V); “Достопримечательное явление в области начального обучения”, (Там же, 1889, кн. IX); “Св. Евангелие Господа нашего Иисуса Христа.
Древнеславянский текст” (1889); “Образец полемики г. пастора Дальтона” (Прав. Собес., 1890, кн. І); “Переписка о чувашских изданиях переводческой комиссии” (1890); “Некролог А. П. Сердобольского” (Исторический Вестник, 1890, октябрь); “К некрологу Махмудова” (Казанский Вестник, 1891, № 66). “Воспоминания об И. A. Алтынсарине” (1891). Ильминский был почетным членом Казанской духовной академии и членом корреспондентом Академии Наук. П. Знаменский, “История Казанской духовной академии”; К. П. Победоносцев, “Из воспоминаний о Н. И. Ильминском” (Русский Вестн. 1892, февр.); “Н. И. Ильминский.
Избранные места из педагогических сочинений, некоторые сведения о его деятельности и о последних днях его жизни. Издание почитателей покойного”, 1892; В. Н. Витевский, “Н. И. Ильминский, директор казанской учительской семинарии”; П. В. Знаменский, “На память о Н. И. Ильминском”, 1892. Н. Веселовский. {Половцов} Ильминский, Николай Иванович – известный ориенталист (23 апреля 1822 г. – 27 декабря 1891 г.), сын пензенского протоиерея; по окончании курса (1846) Казанск. дух. Акад. оставлен при ней бакалавром естеств. наук и турецко-татарского яз. и вскоре назначен членом комиссии для проверки татарского перевода Нового Завета.
Командированный в 1850 г. в СПб. для проверки переводов на татарском яз. богослужебных книг, И. затем отправился в Дамаск, Константинополь и Каир, где изучил языки арабский, турецкий и персидский.
В вновь открытом, при Каз. духовной Акад., противомусульманском отделении И. поручено (1854) преподавание арабского и турецкого языков и др. науки. Оставив Академию, И. до 1861 г. служил при оренбургской пограничной комиссии, откуда перемещен в Каз. унив. проф. турецко-татарского яз.; восточные яз. И. читал и в каз. дух. Акад. Пять лет (1867-1872) И. редактировал “Известия” и “Записки” Каз. унив. В 1872 г. И. назначен директором каз. инородческой учительской семинарии и с этих пор посвятил себя всецело распространению просвещения среди инородцев.
Еще в 1864 г. по почину И. в Казани возникла частная школа для крещеных тат. детей. Для крещеных же татар он издал ряд переводов: Букваря (1862, 1864, 1867 и др. года), Книги Бытия (1863), Премудрости (1864), Евангелия от Матфея (1855), пасхальной службы (1869) и мн. др. Многие статьи И., знакомящие с народной словесностью инородцев, их обычаями, обрядами, а также много лингвистических исследований помещены в “Известиях Археол.
Общ.”, “Бюллетенях Акад. Наук”, “Ученых Записках Каз. унив.”, “Журнале Мин. Нар. Пр.”, “Православном Обозрении” (с 1863), “Православн.
Собеседнике”, “Церковно-Прих. Школе” (1888 и 1889), “Известиях по каз. епархии” и пр. Отдельно изданы: араб. соч. Китаб-Биркили – изложение мухаммеданского вероучения (1855); Бабэр-Намэ – автобиогр. записки султана Бабэра, в подл. тексте – замечательное пособие к изучению джагатайского наречия, обратившее на себя внимание зап. ориенталистов; “История пророков Рабгузы на джагатайском наречии” (Каз., 1859), “Самоучитель русской грамоты для киргизов” (Каз., 1861), “Ир-Таргынь, киргизская повесть” (К., 1861); “О переводе христианских книг на татарский яз.” (1875, из “Ж. M. H. Пр.”), “О церковном богослужении на инородческих яз.” (1883, из “Правосл.
Собеседника”); “Опыты переложения христ. вероучительных книг на татарский и др. инородческие яз. в начале текущего столетия” (Каз., 1885); “К характеристике миссионерских инородческих школ” и “Из переписки об удостоении инородцев священнослужительских должностей” (Каз., 1885); “Казанская крещено-тат. школа. Материалы для истории просвещения татар” (1887); “Переписка о чувашских изданиях переводческих комиссий” (Каз., 1890); “Воспоминания об И. А. Алтынсарине” (Каз., 1891). Есть также несколько исследований И. славянского текста церковно-славянских богослужебных книг, а также состава некоторых богослужебных чинов. Ильминский всегда отстаивал высокие достоинства старослав. перевода Евангелия, особенно в книге: “Размышление о сравнительном достоинстве в отношении яз. разновременных редакций церковно-славянского перевода Псалтири и Евангелия” (Каз., 1882 и СПб. 1886). Однообразие текста И. положил в основу издания “Святое Евангелие Господа нашего И. Христа” (Каз., 1889), по Остромирову Евангелию и др. древним текстам.
Свои взгляды на изучение церковно-слав. языка И. проводит в ряде изданий и исследований: “Обучение церковно-слав. грамоте” (два изд., для учеников и учителей, Каз., 1885 и 1887), “Святое Евангелие от Матфея.
Древнеслав. текст” (Каз., 1888), “Церковно-славян. азбука для церковно-прих. школ” (для учителей и учеников, 1889), “Обучение грамоте по церковно-слав. азбуке” (Каз., 1888). И. также деятельно работал в каз. переводческой комиссии при братстве св. Гурия; при его участии и под его редакцией для церковно-прих. школ изданы: Учебный часослов, Учебная псалтирь, Учебный октоих и др. Ср. Витевский, в “Изв. по каз. епархии” (1892, №№ 4-6 и отд.) и П. Знаменский, “На память о H. И. И.” (Каз., 1892). {Брокгауз} Ильминский, Николай Иванович (дополнение к статье) – Литература о нем: К. П. Победоносцев, “Из воспоминаний о Н. И. И. (“Русский Вестник”, 1892, февраль); “Н. И. И. Избранные места из педагогических сочинений, некоторые сведения о его деятельности и о последних днях его жизни” (1892); Н. Воскресенский, “О переписке Н. И. И. с крещеными татарами” (Казань, 1896); Знаменский, “Участие Н. И. И. в деле народного образования в Туркестанском крае” (“Правосл.
Собеседник”, 1900); его же, “Несколько материалов для истории алтайской миссии и участие в ее делах Н. И. И.” (ib., 1901, окт. – дек.); “По поводу исполнившегося десятилетия со дня кончины Н. И. И.” (ib., 1902, январь);
Соловьев, “Памяти Н. И. И.” (“Странник”, 1892, март); К. Харлампович, “Н. И. Ильминский и алтайская миссия” (Казань, 1905). – Письма И. к обер-прокурору св. синода К. П. Победоносцеву напечатаны в “Православном Собеседнике” за 1895-1898 и 1900 гг. {Брокгауз}


илличевский платон пансион

Биография Ильминский Николай Иванович